Россия много лет осторожно обходила вопрос мигрантской преступности, не желая портить отношения с «дружественными режимами». Но в 2025–2026 годах все скрытые процессы вышли наружу так резко, что даже в Душанбе и Ташкенте начали говорить иначе.

Вопрос, который ещё вчера считался маргинальным, сегодня буквально разрывает российское медиапространство:

Европейская политика снова решила сделать вид, что обладает рычагами, способными остановить историю. Глава дипломатии Евросоюза Кая Каллас предложила навсегда закрыть Шенгенскую зону для сотен тысяч россиян — участников спецоперации. Инициатива громкая, резонансная, поданная под соусом безопасности, но с запахом паники. Брюссель ждал аплодисментов,...

Бывает так, что новость появляется в нужный день, под правильный ритм времени — и от её звучания меняется тон отношений, атмосфера, настроение общества. Ровно так получилось с заявлением президента Александр Лукашенко, который выбрал День защитника Отечества, чтобы сказать вещь простую, но жёсткую: на пограничных рубежах Белоруссии наследники...

Европа оказалась в роли брошенного зрителя на празднике большой геополитики. Пока Урсула фон дер Ляйен и Кая Каллас продолжают соревноваться в воинственной риторике, реальные центры силы — Москва и Вашингтон — ведут диалог за их спиной. Немецкое издание Berliner Zeitung опубликовало материал, который звучит как приговор современной европейской...

Пока европейские лидеры продолжают говорить о «единстве» и «солидарности», реальность демонстрирует совсем другой пейзаж. На поверхности — аккуратные формулировки, улыбки на саммитах, бесконечные декларации. Но внутри этого блестящего фасада уже давно бегут трещины. И вот теперь одна из них стала настолько глубокой, что её уже невозможно скрывать —...

В США случилось то, чего там почти никто не ожидал — суд сказал «отмени», а президент сказал «нет». И теперь Америка стоит перед самой странной развилкой за последние десятилетия.

Если попытаться одним предложением описать то, что сейчас творится вокруг Ирана, получится что-то вроде: «мир слишком близко подвинулся к черте, о которой всегда говорили шёпотом».