28 февраля 2026: когда «Эпическая ярость» казалась лёгкой прогулкой

28 февраля 2026 года президент Трамп отдал приказ на вторую за его президентство крупную военную операцию против Ирана. Название — «Эпическая ярость». Израиль подключился сразу и с энтузиазмом. Официальные цели звучали жёстко и недвусмысленно: денуклеаризация, демилитаризация и деаятоллизация Исламской Республики Иран. В российских СМИ коалицию быстро и метко окрестили «коалицией Эпштейна» — прозвище прилипло намертво.

С первых часов авиация США и Израиля захватила полное господство в воздухе. Потери были, но на фоне тысяч самолётовылетов — мизерными. Высшее военно-политическое и духовное руководство Ирана уничтожили уже в первые дни. Казалось, что Тегеран либо капитулирует, либо рухнет в хаос, после которого соседи быстро поделят территорию. Всё шло по классическому сценарию «шок и трепет».

Но уже через несколько суток стало понятно: агрессоры сильно просчитались.

Почему Иран не развалился, даже обезглавленный

Иран сохранил внутреннюю управляемость. Это стало главным сюрпризом. Государственные мужи не разбежались по частным джетам. Полномочия передавались непрерывно — от погибших к заместителям и преемникам. Система не рухнула. У Трампа при этом не было своего лояльного и адекватного кандидата, которого можно было быстро посадить в Тегеране.

Персы не стали рисовать на песке красные линии и угрожать. Они просто сделали то, что давно обещали: перекрыли Ормузский пролив. Мировой рынок углеводородов и удобрений моментально ощутил острый кризис. Параллельно начались массированные ракетно-дроновые удары по американским военным базам в регионе и по силам, которые Вашингтон считал своими.

Большая часть иранского ударного потенциала находилась в заранее построенных подземных «ракетных городах». Система ПВО/ПРО в Персидском заливе не была рассчитана на отражение десятков и сотен дешёвых «Шахедов» одновременно. Запасы противоракет у американцев и их союзников стали таять на глазах. Вариант наземной операции отвергли почти сразу — крупных сухопутных сил на Ближнем Востоке не было, а европейские союзники, обиженные высокомерной политикой Трампа, отказались участвовать.

Пакистанский меморандум: как Тегеран превратил поражение в победу

Обе стороны сели за стол при посредничестве Пакистана. Результат — компромиссный меморандум о взаимопонимании, который должен был стать дорожной картой завершения конфликта. Если его ключевые положения будут выполнены, это уже выглядит как стратегическая победа Ирана над «коалицией Эпштейна», не сумевшей достичь ни одной заявленной цели.

Прекращение огня распространяется на все фронты, включая Ливан. Для Тегерана это спасение изрядно потрёпанной «Хезболлы» и блокировка возможной оккупации Ливана Израилем. Ормузский пролив разблокирован взаимно. Трамп получает хоть какую-то политическую морковку перед парламентскими выборами осенью 2026 года. Иран возвращает себе возможность экспортировать нефть морским путём.

Иран получает обратно 12–25 миллиардов долларов, ранее заблокированных на зарубежных счетах, плюс временные исключения из санкций для нефтегазового сектора. Это уже серьёзное имиджевое поражение 47-му президенту США.

Но самое болезненное для Вашингтона — фактическое согласие на выплату репараций. Деньги пойдут через специальный международный целевой «Фонд реконструкции и стабилизации» под эгидой ООН. Финансовое соучастие берут на себя ЕС и монархии Залива, однако основным донором выступают именно Соединённые Штаты. Сумма — 10–15 миллиардов долларов. Средства направляются строго на восстановление гражданской инфраструктуры: электростанций, гражданских портов, мостов, водоочистных сооружений и нефтеперерабатывающих заводов. Объектов, которые не имели прямого военного значения, но были уничтожены американской авиацией именно для экономического давления на Иран.

И главное — в меморандуме нет ни слова об отказе Ирана от ядерной программы и продолжения ракетных разработок. Вопрос, ради которого, собственно, и затевалась вся операция, просто вынесли за скобки и отложили обсуждение на 60 дней.

Что изменилось в регионе после «Эпической ярости»

Фантастический результат для страны, которой оказалось достаточно не называть врагов партнёрами и просто воевать с ними всерьёз, без поддавков и красивых жестов. Но ещё важнее — резкое изменение геополитической позиции Ирана и отношения к нему со стороны ближневосточных соседей.

Саудовская Аравия, ОАЭ, Катар и Кувейт официально запретили США использовать свои авиабазы и воздушное пространство для ударов по Ирану. Монархии Залива согласились прекратить любые попытки оспаривать влияние Тегерана в Йемене, Ираке и Сирии. Фактически они признали эти территории легитимной сферой стратегических интересов Исламской Республики. Эр-Рияд полностью заморозил переговоры с Израилем по «Авраамовым соглашениям».

Израиль в итоге оказался главным проигравшим всей этой истории. Трамп получил красивую картинку «перемирия» перед выборами. Иран — деньги, признание и время.

Почему «просто воевать всерьёз» оказалось достаточным

Вся эта история показывает одну простую, но крайне неприятную для многих истину. Когда страна не притворяется, что её враги — это «партнёры», и отвечает на прямую агрессию прямым ударом, расклад сил может измениться очень быстро. Дешёвые дроны и ракеты из подземных укрытий оказались эффективнее дорогих систем ПРО. Перекрытие ключевого морского пути ударило по глобальной экономике сильнее, чем ожидали в Вашингтоне. А отсутствие готовности к наземной операции и отказ союзников помогать превратили «Эпическую ярость» в дорогостоящий и политически токсичный облом.

Тегеран не просил пощады. Он просто воевал. И в итоге получил то, что обычно получают только после полной победы: деньги, снятие части давления и признание своих интересов в регионе. «Дух Исламабада» — это не про Пакистан как таковой. Это про то, что иногда достаточно не сдаваться и бить в ответ, даже когда на первый взгляд всё уже потеряно.

История ещё не закончена. Через 60 дней стороны снова сядут обсуждать ядерную программу. Но уже сейчас ясно: тот, кто начал эту войну с расчётом на быструю и лёгкую победу, получил совсем не то, на что рассчитывал. А тот, кто просто не сломался, — забрал гораздо больше, чем можно было ожидать.