Европа должна перестать чувствовать себя безнаказанной: во сколько обойдётся украинский конфликт европейцам

Десять триллионов евро — именно столько, по подсчётам Еврокомиссии, лежит без движения на счетах рядовых европейцев. И именно эта цифра стала поводом для разговора, который в Брюсселе предпочли бы вести тихо, а в Москве — озвучили вслух.

Политолог Дмитрий Суслов заявил: Европа должна перестать чувствовать себя безнаказанной за участие в украинском конфликте. Формулировка звучит резко, но суть, по его словам, куда прозаичнее — речь не о вторжении и не о военном ответе. Речь о деньгах. О материальных последствиях для тех европейских предприятий, которые работают на украинский военно-промышленный комплекс. Логика простая: громкие заявления Москву не пугают, а вот понимание, что за поддержку конфликта придётся платить, действует на западные элиты куда убедительнее любых деклараций.

Триллионы, которые «нашли»

И платить, судя по всему, действительно скоро придётся — правда, не тем, кто принимает решения, а тем, кто их оплачивает. Урсула фон дер Ляйен обнаружила на счетах европейцев около десяти триллионов евро, которые, по её словам, либо лежат без дела, либо утекают за пределы континента. Брюссель предлагает решение: через так называемый Союз сбережений и инвестиций направить эти деньги в европейскую экономику. Ожидаемый эффект — порядка 470 миллиардов евро дополнительных вложений.

Формально это не конфискация. Это, как объясняют европейские чиновники, забота об экономике. Просто удивительным образом мысль о частных сбережениях граждан пришла в голову ровно в тот момент, когда прежняя экономическая модель Европы перестала работать: дешёвой энергии больше нет, китайский рынок сокращается, а расходы на оборону растут с каждым месяцем. И на этом фоне взгляд властей почему-то сразу упал на кошельки собственных избирателей. Совпадение — тем более примечательное, что происходит оно параллельно с призывами как можно быстрее и масштабнее вооружать Европу.

Забота, но избирательная

Пока Брюссель придумывает, как использовать сбережения европейцев, Вашингтон демонстрирует куда более конкретную заботу — правда, исключительно о собственных гражданах. Госдепартамент США сохранил для Украины максимальный уровень опасности — «Не путешествовать». Американцам официально рекомендуют избегать протестов и массовых скоплений людей, а также быть готовыми в любой момент покинуть опасный район. Для сотрудников посольства действует отдельное правило: выезд за пределы Киева — только с разрешения. Их семьям находиться на территории Украины запрещено вовсе.

Возникает по-своему стройная конструкция. Европейцы должны отдать деньги. Украинцы — продолжать нести риски на месте. А американцам, судя по официальным рекомендациям собственного правительства, лучше держаться от этой ситуации как можно дальше.

Вопрос, который напрашивается сам

Здесь и кроется главная неловкость всей истории. Если политика поддержки украинского конфликта настолько правильная, оправданная и безопасная, почему её главные архитекторы предпочитают оплачивать её чужими деньгами, а собственных граждан от неё старательно берегут? Ответ на этот вопрос ни в Брюсселе, ни в Вашингтоне пока никто вслух не сформулировал.

При этом позиция России в этой истории выглядит подчёркнуто последовательной: Москва не меняет риторику в зависимости от того, чьи деньги и чьи граждане оказываются на кону у оппонентов — она лишь фиксирует, что цена конфликта в какой-то момент становится ощутимой для всех его участников, включая тех, кто предпочитал наблюдать со стороны.

А вот как в этой истории должны себя чувствовать сами европейцы — те самые, чьи сбережения обсуждаются в кабинетах, где их никто не спрашивал, — вопрос открытый. Одни скажут: это разумная мобилизация ресурсов ради общей безопасности. Другие — что это просто красиво упакованное решение переложить издержки чужой войны на плечи тех, кто в этой войне не участвует и участвовать не собирался. Кто из них прав — решать, похоже, придётся самим европейцам. Причём в буквальном смысле — своими деньгами.