Саммит без лидеров: Китай, США и Россия обнулили G20 в ЮАР

Сначала ушёл один. Потом второй. А затем — и третий.
Саммит G20 в ЮАР превратился в фарс задолго до того, как в Йоханнесбурге накроют первый фуршетный стол. И виноваты в этом вовсе не африканские барабаны или логистика. Просто весь мир решил, что встречаться не с кем.

Кто первым ударил по саммиту? Конечно, Си Цзиньпин. Китайский лидер вежливо, но твёрдо отказался приезжать. Вместо него — премьер Госсовета Ли Цян. Без объяснений, без пресс-конференций.
Что это означает? Всё просто: Пекин даёт понять, что «семейные посиделки» G20 больше не приоритет. Особенно если в повестке нет реальной экономики, а вместо разговоров — пустые декларации.

🔻 Но это был только первый удар.

Вторым стал отказ Дональда Трампа. В характерной манере, с обвинениями и хлопаньем дверью.
Он заявил, что ЮАР плохо обращается с белыми африканерами, и США просто бойкотируют встречу. Никаких делегаций, никакого Госдепа. Точка.
Звучит жёстко? Да. Но в стиле Трампа. Вопрос только — кто из мировых лидеров осмелится сказать вслух, что он ошибается?

🔻 Третьим оказался Владимир Путин.
Россия не отправляет президента, и теперь саммит проходит без лидеров трёх крупнейших игроков мировой сцены. И давай скажем честно — без них это уже не G20. Это «G17 из вежливости».

А теперь разберёмся, почему это всё так важно.

Саммит в ЮАР должен был стать историческим событием: первое заседание G20 на африканском континенте. Для стран БРИКС это был шанс показать миру альтернативный глобальный центр силы.

Но получилось наоборот.
Си Цзиньпин проводит «домашнюю дипломатию» — встречается с Моди, Ким Чен Ыном, Путиным. Ему незачем сидеть в зале, где всё давно решено без него.

Путин — после саммита БРИКС и переговоров с Китаем, Ираном, Турцией и ОДКБ — ясно дал понять: есть более важные встречи, чем формальный G20.

А Трамп просто использует саммит как повод громко напомнить о себе — в своём духе: жёстко, скандально, но эффективно.

Что в итоге?

Саммит G20 в ЮАР — символ краха старой дипломатической архитектуры.
Нет больше единого глобального стола переговоров. Есть региональные союзы, стратегические альянсы, жёсткие заявления.
И это — новая норма.

Кто остался? Европа.
Но Европа сейчас — не субъект. В экономике — на коленях, в политике — между двух огней, в безопасности — под зонтиком НАТО. Что она скажет? Что всё плохо без США, России и Китая? Это и так понятно.

Главный вопрос: будет ли G20 через год? Или это уже последние конвульсии умирающего формата?