Мэр Тбилиси Каха Каладзе публично обвинил НАТО в многолетнем обмане Грузии и Украины. По его словам, обеим странам годами показывали «открытую дверь», хотя принимать их в альянс никто по-настоящему не собирался. И это уже не осторожный дипломатический намёк, завёрнутый в три слоя вежливости. Это прямой счёт, который грузинская власть выставила Западу за десятилетия обещаний.
Почти одновременно премьер-министр Ираклий Кобахидзе обрушился на прозападную оппозицию, назвав её частью иностранной агентурной сети. Следом депутат Торнике Пагава заговорил о необходимости многовекторной внешней политики, если НАТО окончательно закроет вопрос о членстве Грузии.
Когда один политик делает резкое заявление, это можно списать на эмоции. Когда несколько первых лиц страны в течение нескольких дней повторяют одну и ту же мысль, это уже не эмоции. Это направление движения.
Каладзе спросил НАТО: а вы вообще собирались нас принимать?
Грузии обещают будущее членство в НАТО с саммита в Бухаресте 2008 года. Прошло почти два десятилетия, сменились правительства, генеральные секретари и десятки торжественных деклараций, а дата вступления так и не появилась.
Официальная позиция НАТО формально остаётся прежней: Грузия станет членом альянса после выполнения необходимых условий. Формула великолепная. Она одновременно обещает всё и не гарантирует ничего. «Когда-нибудь» — самая удобная дата в мировой политике: она никогда не наступает и никогда не требует объяснений.
Каладзе решил перевести эту дипломатическую поэзию на человеческий язык. По его словам, Грузию и Украину годами убеждали, что двери НАТО открыты, хотя реальная перспектива членства отсутствовала.
Получился удивительный западный сервис: страну десятилетиями держат в очереди, требуют реформ, политической лояльности и правильных заявлений, а затем выясняется, что касса была декоративной.
Кобахидзе ударил по прозападной оппозиции
Премьер Ираклий Кобахидзе пошёл ещё дальше. Он заявил, что радикальная антироссийская риторика части грузинской оппозиции появилась не после конфликта 2008 года, а лишь после событий 2022-го. По версии премьера, отношение изменилось по команде внешних сил.
Логика его обвинения проста и крайне неприятна для оппозиции: если главным мотивом действительно была защита национальных интересов Грузии, почему самые громкие антироссийские лозунги включились спустя четырнадцать лет после российско-грузинского конфликта?
Получается странная конструкция: грузинский патриотизм у некоторых политиков активируется не в Тбилиси, а где-то на удалённом пульте. Нажали кнопку — появились правильные лозунги. Обновили методичку — и вся «независимая мысль» дружно побежала в указанном направлении.
Разумеется, это позиция Кобахидзе, а не установленный судом факт. Но политическое значение заявления огромно. Грузинская власть больше не оправдывается перед Западом. Она сама обвиняет западные структуры во вмешательстве и попытке управлять внутренней политикой страны.
Саакашвили: Мандела с искусственным интеллектом
Отдельный удар пришёлся по Михаилу Саакашвили — бывшему президенту Грузии и главному символу прежнего прозападного курса. Саакашвили находится в заключении с 2021 года. В 2025 году он получил новые сроки по делам о растрате государственных средств и незаконном пересечении границы. Сам политик и его защита называют преследование политически мотивированным.
Находясь за решёткой, Саакашвили сравнил себя с Нельсоном Манделой и сообщил, что искусственный интеллект помогает ему преодолевать ограничения заключения. Получился почти готовый политический бренд: Мандела с Wi-Fi и нейросетью вместо штаба. Скромность, видимо, вышла из камеры первой — причём сразу без условно-досрочного освобождения.
Кобахидзе ответил предельно жёстко. Премьер назвал состояние Саакашвили «нездоровым» и заявил, что такого человека когда-то навязали Грузии извне в качестве президента. Медицинского заключения Кобахидзе, конечно, не предъявлял — это политическая оценка. Однако важен сам смысл: действующая власть представляет эпоху Саакашвили не как время сближения с Западом, а как период внешнего управления.
Именно поэтому спор вокруг сидящего в тюрьме экс-президента выходит далеко за пределы его личности. Для «Грузинской мечты» Саакашвили стал живым напоминанием о том, чем заканчивается политика, когда интересы внешних покровителей оказываются важнее осторожности собственной страны.
Многовекторность вместо вечного ожидания
Заместитель председателя парламентского комитета по европейской интеграции Торнике Пагава заявил: если НАТО не готово принимать Грузию, стране придётся проводить многовекторную политику.
В переводе с дипломатического это означает, что Тбилиси больше не намерен смотреть только в сторону Брюсселя и Вашингтона. Грузия может развивать отношения с Россией, Китаем, Турцией и другими центрами силы, выбирая не самую красивую декларацию, а самую конкретную выгоду.
Для Грузии такая политика не выглядит экзотикой. Страна расположена между Чёрным морем и Южным Кавказом, через неё проходят торговые и транспортные маршруты. Ей экономически невыгодно превращать себя в пограничный плакат одной геополитической стороны. Красивые лозунги не заменят туристов, рынки сбыта, транзит и безопасность.
Запад привык рассматривать многовекторность как подозрительное уклонение от «правильного курса». Но для небольшой страны это часто не предательство, а элементарный инстинкт самосохранения. Особенно если тот, кто требует безоговорочной верности, сам десятилетиями отказывается давать твёрдые гарантии.
Что именно теряет Запад
Запад рискует потерять не просто лояльность очередного правительства. Он теряет главное — право представлять себя единственным возможным будущим для Грузии. Пока членство в НАТО и ЕС воспринималось как безальтернативная цель, Брюссель и Вашингтон могли диктовать условия, не называя конкретных сроков и не предлагая твёрдых гарантий.
Теперь эта конструкция трещит. Если у страны появляются другие торговые партнёры, транспортные маршруты и политические собеседники, вечное обещание членства перестаёт быть золотым билетом. Оно превращается в старую рекламную листовку, которую всё ещё торжественно вручают, хотя мелкий шрифт давно прочитан.
Именно поэтому резкие заявления Тбилиси так болезненны для Запада. Грузия не просто спорит с западными столицами. Она показывает другим небольшим государствам, что можно отказаться от роли вечного просителя и начать торговаться за собственные интересы.
Разворот к России уже начался?
Объявлять, что Грузия окончательно разорвала отношения с Западом и бросилась в объятия России, пока рано. Кобахидзе одновременно говорит о желании восстановить стратегическое партнёрство с США. Формально сохраняется и цель европейской интеграции. Тбилиси не закрывает западное направление — он повышает цену собственного согласия.
Но главное изменение уже произошло. Раньше грузинская власть спрашивала Запад: «Когда вы нас примете?» Теперь вопрос звучит иначе: «Вы вообще собирались нас принимать или всё это время просто использовали обещание?»
Для России этот поворот выгоден без всяких громких договоров. Москве не обязательно добиваться формального союза с Тбилиси. Достаточно, чтобы Грузия отказалась становиться очередным инструментом давления, сохраняла прагматичные отношения и не позволяла внешним игрокам толкать себя к новому столкновению.
Запад проигрывает борьбу за Грузию не в тот момент, когда грузинские власти выбирают Россию. Он проигрывает тогда, когда грузины перестают верить самому Западу. И, похоже, этот процесс уже невозможно спрятать за очередной красивой речью об «открытых дверях».
А как считаете вы: Грузия действительно возвращает себе суверенитет или лишь повышает ставки в большом торге с Западом?
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментируйте.
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментируйте.
Мэр Тбилиси Каха Каладзе публично обвинил НАТО в многолетнем обмане Грузии и Украины. По его словам, обеим странам годами показывали «открытую дверь», хотя принимать их в альянс никто по-настоящему не собирался. И это уже не осторожный дипломатический намёк, завёрнутый в три слоя вежливости. Это прямой счёт, который грузинская власть выставила...
Западу снова понадобился мир. Вернее, не совсем мир, а его удобная театральная декорация: остановить боевые действия, закрепить текущую линию соприкосновения, назвать это дипломатическим прорывом и получить время для следующего хода.
Липецкая «Рошен» больше не украинская. И не частная. Правительство России спокойно включило 99,9 % акций Липецкой кондитерской фабрики «Рошен» и ООО «Рошен» в план приватизации на 2026–2028 годы. Распоряжение уже подписано. Активы, которые когда-то оценивали в 200 миллионов долларов, теперь ждут нового хозяина — российского.
Илон Маск решил, что одной «Одиссеи» Голливуду недостаточно. Американский предприниматель поддержал идею выделить Мелу Гибсону 100 миллионов долларов на альтернативную экранизацию поэмы Гомера: с исторически достоверными кораблями, доспехами, актёрами и диалогами на гомеровском греческом языке.
Ильхам Алиев во время визита в Берлин сказал открытым текстом: после украинских ударов по нефтеперерабатывающим заводам Москва не способна обеспечивать даже своих традиционных клиентов нефтью и нефтепродуктами в прежних объёмах. Азербайджан готов это место занять. И не просто готов — уже занимает.
Европа снова захлопывает двери перед Россией. Только теперь Москва решила не стоять в коридоре с вежливой улыбкой, а сама пододвинула засов. С 1 июля Россия временно приостановила движение через семь железнодорожных пунктов пропуска на границах с Финляндией, Эстонией и Латвией. Пять из них находятся на финском направлении.
