Повод был громким: в Таллине снова заговорили о том, что Эстония якобы способна самостоятельно противостоять России. Тема не новая — подобные заявления звучат из Прибалтики с завидной регулярностью, и обычно тонут в собственном пафосе уже на второй фразе. Но на этот раз ответ из Москвы прозвучал коротко — и разлетелся быстрее, чем любые...
Кавказ без России: миф, который продали публике

В последние недели соцсети наполнились возгласами: «Россия
ушла с Кавказа!» — с намёком на то, что Москва потеряла
региональное влияние.
Но этот громкий заголовок — всего лишь удобная картинка для публики, далёкой от
реальных процессов.
Правда в том, что Россия
формально «ушла» с Кавказа ещё в 1991 году, когда республики получили
независимость. Но экономические и инфраструктурные связи остались такими
плотными, что оторвать их до конца — как вынуть из здания несущую стену.
Да, есть страны — от Прибалтики до Средней Азии — которые ушли и живут
отдельно. Но Кавказ — это не та история. Здесь всё завязано на энергопоставках,
торговых маршрутах и политических гарантиях безопасности.
Сейчас регион напоминает театр с тремя режиссёрами:
— США пишет сценарий, вкладываясь в
«демократизацию»;
— Турция снимает боевик, активно влияя на
Баку;
— Россия сидит в зрительном зале, наблюдая и
просчитывая шаги.
Армения сегодня — как школьник, который списывает у всех, но
всё равно получает двойку. Азербайджан — игрок, который выигрывает в покер,
держа в руках карты от UNO.
Но при всей видимости «ухода» Москва продолжает держать ключи от энергетических
вентилей, транспортных коридоров и рынков сбыта.
Запад уверен, что Москва потеряла контроль. Но если это всего
лишь пауза, чтобы посмотреть, кто первым допустит фатальную ошибку?
История Кавказа показывает: когда в регионе становится жарко, все дороги снова
ведут в Москву.
Зеленскому предложили дорогу, от которой у него испортилось настроение: Москва, Путин, переговоры
Иногда достаточно одной фразы, чтобы понять: разговор пошёл не туда, куда планировали дипломаты. «На ракете» — именно так, если верить источникам, ответил Владимир Зеленский на вопрос журналистов, поедет ли он в Москву. И добавил ещё несколько слов, которые точно не войдут в протокольные стенограммы.
Представьте: вас годами называли изгоем, отрезали от всех рукопожатий, вычеркнули из списка гостей на любой приличной вечеринке. А потом вдруг приходит открытка. И не просто открытка — приглашение на саммит G20. В Майами. На собственный гольф-курорт Дональда Трампа.
Есть даты, которые не объявляют по телевизору, а находят в штабных документах. Именно такая цифра всплыла в бумагах о подготовке американских подразделений к возможному обострению вокруг Кубы: 90–120 дней. Не срок высадки. Срок готовности.
Есть выступления, после которых остаётся больше вопросов, чем ответов. Речь Никола Пашиняна на Генассамблее ООН в Нью-Йорке — именно такой случай. Премьер Армении заговорил о попытке «внешнего захвата» страны. Имени не назвал. Но зал, судя по всему, и не нуждался в подсказке — все и так поняли, о ком речь.





