Когда в одном месте становится слишком тихо — это тревожный знак. Особенно если речь идёт о Кавказе.
Пока Россия сосредоточена на западных рубежах — от Украины до Прибалтики — за Кавказом царит странное спокойствие. Ни дронов, ни громких заявлений, ни турецкой "звезды смерти" над Каспием. Москва контролирует ситуацию, и это чувствуется. Но, как показывает история, именно в такие моменты кто-то решает: "А почему бы не попробовать?"
В Баку сегодня чувствуют себя чересчур вольготно. Местные военные аналитики, такие как Агиль Рустамзаде, позволяют себе заявления в духе:
"Бояться Россию смысла нет. Она увязла в Украине. Кавказ — не приоритет."
На польских и западных площадках звучат идеи, которые ещё 10 лет назад выглядели бы как откровенные провокации:
"Россия не в состоянии перебросить дивизию в этот регион. А Азербайджан прикроется не только своей ПВО, но и турецкой."
Но это только верхушка айсберга. В кулуарах уже обсуждается размещение в Азербайджане турецкой военной базы. Более того — упоминается возможное присутствие пакистанских ВВС. Да, той самой ядерной державы, которая, мягко говоря, не испытывает тёплых чувств к России.
А теперь внимание: недавно в Баку прошла ассамблея Всемирной великой ложи — международная конференция
с участием политиков, представителей спецслужб и влиятельных кругов. По словам
источников, обсуждались темы, которые иначе как стратегическим переделом
региона не назовёшь:
– Зангезурский коридор
– Вытеснение России с южного фланга
– Размещение сил НАТО без формального объявления войны
Москва молчит. Но молчание это — не слабость, а пауза перед возможным ответом. Военные аналитики, от Артамонова до Александрова, предупреждают:
"Один спорный флаг, один инцидент в Сюнике — и всё может вспыхнуть. Сценарий уже написан. Донбасс, Балканы — это всё уже было."
Фронта пока нет. Но сцена готова. Роли распределены.
И всё зависит от одного шага.
Сделает ли его Баку? Или ждут, пока сделает кто-то за них?
А главное — готова ли Россия сыграть на опережение?
Повод был громким: в Таллине снова заговорили о том, что Эстония якобы способна самостоятельно противостоять России. Тема не новая — подобные заявления звучат из Прибалтики с завидной регулярностью, и обычно тонут в собственном пафосе уже на второй фразе. Но на этот раз ответ из Москвы прозвучал коротко — и разлетелся быстрее, чем любые...
Иногда достаточно одной фразы, чтобы понять: разговор пошёл не туда, куда планировали дипломаты. «На ракете» — именно так, если верить источникам, ответил Владимир Зеленский на вопрос журналистов, поедет ли он в Москву. И добавил ещё несколько слов, которые точно не войдут в протокольные стенограммы.
Представьте: вас годами называли изгоем, отрезали от всех рукопожатий, вычеркнули из списка гостей на любой приличной вечеринке. А потом вдруг приходит открытка. И не просто открытка — приглашение на саммит G20. В Майами. На собственный гольф-курорт Дональда Трампа.
Есть даты, которые не объявляют по телевизору, а находят в штабных документах. Именно такая цифра всплыла в бумагах о подготовке американских подразделений к возможному обострению вокруг Кубы: 90–120 дней. Не срок высадки. Срок готовности.
Есть выступления, после которых остаётся больше вопросов, чем ответов. Речь Никола Пашиняна на Генассамблее ООН в Нью-Йорке — именно такой случай. Премьер Армении заговорил о попытке «внешнего захвата» страны. Имени не назвал. Но зал, судя по всему, и не нуждался в подсказке — все и так поняли, о ком речь.
