«Никогда не нажрутся»: кто действительно зарабатывает на российской ипотеке?

14.11.2025

Ипотека — или игра в манную кашу?

Сколько лет подряд в стране рассказывают: ипотека — это шанс, это помощь, это социальный лифт. Но когда депутат Госдумы на камеру называет ипотеку ярмом, а банки и застройщиков — ненасытными, которые «никогда не нажрутся», тут впору не соглашаться — а аплодировать стоя.

На днях Нина Останина, глава комитета Госдумы по защите семьи, вопросов материнства и отцовства, взорвала пресс-конференцию, раскрыв, по сути, главный фокус современной "жилищной помощи".

«Ипотека — это всё равно ярмо. Какой бы льготной она ни была — молодой семье она недоступна», — жёстко заявила Останина.

И это не просто мнение. Это диагноз.

📉 Цифры без прикрас: ипотека — для кого?

С начала года в России выдали ипотек на 2,59 трлн рублей. И вроде бы — впечатляет. Но стоит копнуть:

🔻 На 33,5% меньше, чем в прошлом году за тот же период.
🔻 В сентябре — 399,2 млрд рублей.
🔻 Средний размер кредита — 5 миллионов рублей.

Теперь простой вопрос: какая «молодая семья» способна потянуть кредит в 5 миллионов, если зарплата в регионах — это хорошо, если 60–70 тысяч на двоих?

Ответ очевиден: не семья — а банк в выигрыше.

🧱 Кто «ест» бюджет?

По словам Останиной, бюджетные программы по ипотеке, вроде «Молодой семьи», — это манная каша из сказки «Лиса и Журавль». Деньги есть, но съесть — не получается.

«Перестаньте кормить строительные компании и банки. Они никогда не нажрутся!» — призвала депутат.

Это уже не риторика — это прямое обвинение. В том, что вся государственная помощь уходит не людям, а тем, кто давно построил себе виллы в Дубае.

🏢 А что вместо ипотеки?

А теперь — поворот. Останина предлагает вернуть старую добрую советскую систему:

«Я окончил вуз — через два-три года получаю социальное жильё. Как это было в советские годы».

Казалось бы — фантастика. Очереди, ведомственное жильё, распределение? Но в контексте сегодняшних реалий — когда люди платят банку больше, чем живут в квартире — звучит уже не как ностальгия, а как вменяемая альтернатива.

🤔 Кому выгодна ипотека?

Будем честны: современная ипотека — это не про помощь, а про бизнес. Причём жесткий. Где молодая семья — просто статистика.

Если у тебя нет стартового капитала, стабильной работы и родителей с квартирами — ты заложник. Ты — источник прибыли, а не объект поддержки.

И когда депутат Госдумы это признаёт — значит, в системе что-то окончательно сломалось.

💬 Друзья, а вы как думаете?

Пора вернуть государственное жильё — или это утопия?
Стоит ли доверять судьбу семьи банку — или государству?
И главное: почему ипотека — до сих пор единственный «выбор»?



Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментируйте.


Пока Европа трещит по швам, а Макрон тщетно выпрямляет грудь в Пекине, Владимир Путин делает ход, который ощущается во всех столицах мира. За два дня в Индии Россия не просто напомнила, кто реальный игрок на глобальной доске — она поставила жирный восклицательный знак в противовес всей западной стратегии.

В России начался новый этап миграционной политики — и всё началось с инцидента в провинциальном Камышине. Там, где пьяные приезжие избили русского курсанта за то, что он «посмел» гулять с русской девушкой. Это была точка. После которой терпеть больше не стали — ни общество, ни фронтовики, ни сам президент.

❗️Пока европейские генералы строят планы на 2028 год, в Генштабе России уже готов список целей.
Депутат Госдумы Андрей Гурулёв — генерал-лейтенант и человек, умеющий читать между строк — опубликовал в своём Telegram-канале сценарий возможного конфликта между Россией и НАТО. Без соплей, без дипломатии. Жёстко. По сути. С прицелом на...

Пока глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен мечтает о «демократическом» грабеже российских активов, в Брюсселе запахло жареным. И не потому, что Россия что-то там грозит. А потому что даже в Европе начали просыпаться. И первый звоночек прозвенел не из Москвы — а из самого центра ЕС.

На сцене — аплодисменты, за сценой — тишина и бедность. Пока вся эстрада рыдает над судьбой Ларисы Долиной, одна мать с тремя детьми осталась без квартиры, без денег и без защиты. И только Яна Поплавская рискнула сказать правду.