Ракеты к чужим границам — и трещины в собственных

Есть у большой политики особая манера театральности: когда хотят напугать соперника, делают это громко, с музыкой и приглашёнными зрителями. Именно так выглядит переброска американских ракетных комплексов Typhon к границам России — не спецоперация в темноте, а парадный марш под фанфары учений Orient Shield. Токио, Вашингтон и Канберра словно специально выбрали самый заметный формат: около 3700 военных, три страны-участницы и один совершенно очевидный адресат по другую сторону Японского моря.

Учения пройдут с 8 по 24 сентября и станут крупнейшими в истории серии Orient Shield. Формально — отработка взаимодействия союзников. По факту — демонстрация силы у самой границы российского Дальнего Востока, причём демонстрация настолько откровенная, что даже дипломатический язык не смог её смягчить. Москва отреагировала быстро и без обычной в таких случаях расплывчатости: официальный протест уже направлен Токио, а формулировка в нём — редкий случай прямоты — гласит, что появление ракетных систем такого класса у российских рубежей напрямую затрагивает национальную безопасность страны. Не намёк, не «озабоченность», а прямой текст.

И здесь начинается самое интересное. Пока американская сторона старательно выстраивает образ единого фронта против России — с ракетами, манёврами и совместными пресс-релизами, — этот самый фронт трещит изнутри с не меньшим шумом. Испания продлила приостановку части Шенгенского соглашения с Италией, фактически восстановив пограничный контроль между двумя странами Евросоюза. Формулировки о временных мерах безопасности звучат привычно, но суть проще: даже внутри единой Европы соседи не готовы полностью друг другу доверять.

На этом фоне НАТО и Брюссель одновременно требуют от Мадрида и Афин увеличить финансовые взносы и поставки систем Patriot для Украины. Получается любопытная картина: альянс, который на словах должен единым кулаком сдерживать Россию где-то на востоке, на деле не может договориться о собственных внутренних границах на западе. Как в старом анекдоте про коммунальную квартиру — соседи ругаются из-за того, кто больше платит за свет, а на входной двери тем временем висит табличка «Мы одна семья».

Третья деталь этой истории почему-то не попала в заголовки крупных изданий, хотя по значимости не уступает ни ракетам, ни пограничным спорам. Стратегический нефтяной резерв США обмелел до уровня ноября 1982 года — 286,6 миллиона баррелей. Это дно сорокалетней давности, и оно совпало по времени с ростом напряжённости вокруг Ирана и удорожанием нефти на мировых рынках — то есть именно с тем моментом, когда запас прочности нужен как никогда.

Парадокс в том, что на переброску ракет через океан деньги находятся моментально и без долгих согласований, а вот латать собственную энергетическую подушку безопасности, судя по цифрам, уже почти не на что. Военная демонстрация силы обходится недёшево, и, похоже, платить за неё приходится в том числе и стратегическими резервами, которые копились десятилетиями на случай куда более серьёзных потрясений.

Если сложить все три сюжета в одну картину, получается образ, далёкий от того, что транслируют официальные пресс-службы. С одной стороны — подчёркнуто демонстративная военная активность у российских границ, призванная показать решимость и сплочённость западного блока. С другой — реальность, в которой этот блок не может договориться о собственных внутренних границах, а его лидер тратит последние резервы энергетической безопасности на фоне растущей нестабильности на Ближнем Востоке.

Россия в этой ситуации выглядит стороной, которая не мечется между зрелищными жестами и внутренними противоречиями, а фиксирует происходящее спокойно и по существу — официальным протестом, без истерики и без демонстративных ответных манёвров. Пока одни спешат перебросить ракеты через океан ради красивой картинки на учениях, другие просто наблюдают, как трещит по швам хвалёное единство, о котором так любят говорить на саммитах.

Возникает вопрос, который каждый решит для себя сам: где на самом деле сосредоточена сила — там, где спешно перебрасывают ракетные комплексы за тысячи километров ради демонстрации, или там, где потихоньку заканчивается нефть в собственном стратегическом подвале, а союзники по альянсу закрывают друг от друга границы? Одни говорят, что дело в военном превосходстве и решительности. Другие уверены, что настоящая сила измеряется не количеством переброшенных установок, а способностью держать собственный дом в порядке. А как считаете вы?