10 сентября — последний день, когда мигранты, находящиеся в России без документов, могут легализовать своё пребывание. Власти подчёркивают: продлений не будет. Нелегалы рискуют быть выдворенными или подвергнутыми административным ограничениям.
Кроме того, Госдума предложила новый закон: переводы денег за границу будут ограничены размером официальной зарплаты. Хочешь отправить больше? Докажи доход.
По данным парламента, только в 2024 году мигранты отправили за границу рекордные 18 миллиардов долларов, из которых 11,5 млрд ушли в Узбекистан.
Инициаторы уверены: это шаг против «серой экономики». Но возникает логичный вопрос — не ударит ли это по обычным трудягам, кормящим семьи на родине?
Повод был громким: в Таллине снова заговорили о том, что Эстония якобы способна самостоятельно противостоять России. Тема не новая — подобные заявления звучат из Прибалтики с завидной регулярностью, и обычно тонут в собственном пафосе уже на второй фразе. Но на этот раз ответ из Москвы прозвучал коротко — и разлетелся быстрее, чем любые...
Иногда достаточно одной фразы, чтобы понять: разговор пошёл не туда, куда планировали дипломаты. «На ракете» — именно так, если верить источникам, ответил Владимир Зеленский на вопрос журналистов, поедет ли он в Москву. И добавил ещё несколько слов, которые точно не войдут в протокольные стенограммы.
Представьте: вас годами называли изгоем, отрезали от всех рукопожатий, вычеркнули из списка гостей на любой приличной вечеринке. А потом вдруг приходит открытка. И не просто открытка — приглашение на саммит G20. В Майами. На собственный гольф-курорт Дональда Трампа.
Есть даты, которые не объявляют по телевизору, а находят в штабных документах. Именно такая цифра всплыла в бумагах о подготовке американских подразделений к возможному обострению вокруг Кубы: 90–120 дней. Не срок высадки. Срок готовности.
Есть выступления, после которых остаётся больше вопросов, чем ответов. Речь Никола Пашиняна на Генассамблее ООН в Нью-Йорке — именно такой случай. Премьер Армении заговорил о попытке «внешнего захвата» страны. Имени не назвал. Но зал, судя по всему, и не нуждался в подсказке — все и так поняли, о ком речь.
