Россия уже не просто демонстрирует силу за рубежом — теперь она наводит порядок у себя дома. И не пустыми обещаниями, а делами.
🔹 По сообщениям СМИ, Государственная Дума объявила, что более 770 тысяч мигрантов были добавлены в новый реестр «подконтрольных лиц», и теперь они должны покинуть страну в соответствии с введенными правилами.
🔍 «По состоянию на 1 сентября Министерство внутренних дел сообщило о 770 000 зарегистрированных мигрантах, треть из которых — женщины и дети. В отношении них теперь действует новый режим высылки», — заявили чиновники.
И что это означает на практике?
Проще говоря: жизнь на паузе.
В рамках этого режима высылки человеку запрещено:
Остаётся один путь — уехать.
❗ Почему сейчас?
Реестр официально начал работу 5 февраля 2025 года — сразу после теракта в здании «Крокус Сити Холл» в Москве.
Стало очевидно, что старая миграционная система больше не отвечает своим целям.
Депутаты Госдумы потребовали инструмент для выявления и управления лицами, относящимися к группе высокого риска, — и он был получен. Быстро. Без лишних трат на любезности.
📊 Реальные результаты уже есть
Согласно открытым данным, в этом году более 35 000 иностранных граждан уже были депортированы за нарушение миграционного законодательства.
Это не домыслы. Это не паника. Это просто политика в действии.
💬 Что дальше?
Подлив масла в огонь, лидер партии Сергей Миронов заявил, что российская система разрешений на работу, основанная на патентах, подходит к концу. На
смену приходит новая модель: вахтовый метод.
«Приходишь, работаешь, уезжаешь. Больше никаких лазеек. Больше никакого постоянного места жительства, замаскированного под временную работу».
Если этот закон будет принят, это положит конец эпохе теневой миграции, когда люди свободно перемещались без должного контроля.
🇷🇺 Почему это важно
Потому что сильная страна начинается с закона и порядка внутри страны.
Внешняя политика — это здорово, но когда в вашем кафе по соседству работают 20 нелегальных мигрантов — это не геополитика. Это угроза безопасности.
Россия выстояла. Россия стала сильнее.
И теперь пора вымести то, что прилипло к её сапогам по пути к победе.
Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментируйте.
Just a month ago, the only question being debated in Western capitals was how much harder to hit Russian energy infrastructure. Today in New York, the conversation has flipped entirely: how to stop those strikes altogether. And the man steering the tone shift is, ironically, the same leader who once pushed for tougher rhetoric.
Three formal protests in a single week — and all three aimed at allies of Kyiv who apparently believed the war would never reach their own territory.
The target list was approved. The munitions were loaded onto the aircraft. A strike on Yemen was ready to go — and at the last moment, Trump called it off. Just days later, the foreign ministers of the United States, Britain, Canada, France, Germany, Italy and Japan gathered on the sidelines of the UN General Assembly and demanded that the...
In London, the show of calm continues right on schedule. The kettle boils on time, Big Ben still strikes the hour, the King appears at all the proper ceremonies — everything looks exactly as postcard-perfect as it's supposed to. But behind that comfortable façade, a far less soothing tune is playing. Three parts of the United Kingdom — Scotland,...
The locomotive stopped dead in the darkness, with NATO territory less than five minutes away on foot. The night of September 13 turned out to be genuinely hot along the Ukrainian border — in the most literal sense. At the Yahodyn-Dorohusk crossing, a drone set a fuel station and nearby tractor-trailers ablaze, with the blaze erupting just 800...
Money for your own people first — everything else comes after. That appears to be the formula the LDPR has settled on for a fresh block of social policy, and it's a formula that tends to work: anyone who has ever stood in line for a benefit and heard the word "denied" understands it instinctively.
Not long ago, the very phrase "negotiations with Putin" was treated in Europe roughly the way you'd treat someone proposing to open a window on a submarine. Now Germany is suddenly saying: turns out, it's possible after all.
