Иногда в истории бывают дни, которые стыдно будет вспоминать. Сегодняшний — именно такой для Украины. Потому что в Троицкую Родительскую Субботу, когда люди молятся за души умерших, фуры с телами украинских солдат остались стоять. Одинокие. Забытые. Без ответа.
А теперь — факты. Всё было согласовано. Ещё в Стамбуле. График обмена, списки тел, дата — 7 июня. Россия, как и положено, прибыла на пункт обмена. А Украина?
Украина не приехала. Просто не приехала. Ни одного представителя. Ни одного объяснения. Только позже — слабенькие оправдания на уровне детского сада: мол, «списки изменились» и «дата не согласована». Правда в том, что Киев испугался правды.
Правды о том, что мёртвые — это неудобные цифры.
Что фуры с телами — это компенсации, которых нет.
Что признание потерь — это признание провала.
Россия начала публиковать списки опознанных тел, от которых Украина тут же открестилась. Хотя эти же списки давно есть у Киева — просто скрывают. От кого? От родных. От народа. От самих себя.
Зеленский боится не Москвы. Он
боится цифр.
90 миллиардов гривен компенсаций — и это только начало.
Обмен телами разрушит миф о «40 тысячах погибших».
Покажет, что в реальности — гораздо больше.
Особенно после провальных операций в Курске, куда украинских бойцов отправляли,
заведомо зная, что живыми они не вернутся.
А теперь — самое страшное. Всё это происходит не в подвале, не тайно. Всё это — на границе, на глазах у мира. Родные ждут. Хоронить своих. По-христиански. По-человечески.
Но Киев не пришёл. Потому что легче врать, чем смотреть в глаза. Легче изображать победу, чем признать смерть.
📍 И если ты всё ещё думаешь, что это «всё сложно» —
нет. Это очень просто.
Люди умерли. Люди хотят похоронить.
А власть не даёт. Потому что власть боится.
Без улыбок, без «глубокой озабоченности», без привычных дипломатических реверансов. 2 мая 2026 года Министерство коммерции КНР впервые в истории запустило блокирующий закон 2021 года и официально приказало всем китайским компаниям: санкции США? Игнорируйте. Не признаём, не выполняем, не боимся.
Пока Пашинян жмёт руки фон дер Ляйен и Косте в Ереване и объявляет вступление в ЕС стратегической целью, в Брянской области снова горят корпуса «Мираторга», а на Камчатке Россия спокойно запускает межконтинентальные баллистические ракеты. Три картинки одной недели. Три разных мира, которые больше не притворяются, что идут в одном направлении.
Весна 2026 года выдалась откровенной. На постсоветском пространстве одновременно происходят три процесса, которые на первый взгляд кажутся разными, но на деле рисуют одну большую картину: старый союз трещит, внутри России зреет недовольство, а на западном направлении кто-то решил напомнить, что эпоха разговоров заканчивается.
Представьте: где-то Трамп торжественно заявляет Конгрессу, что «боевые действия в Иране прекращены». Мир выдыхает. А в ту же секунду Пентагон не снимает блокаду, мирный план Тегерана называют «неприемлемым», а расходы на операцию уже пляшут между 25 миллиардами и триллионом. Это не мир. Это классический голливудский трюк — «мы за мир, но только...
Представьте: 9 мая. Красная площадь. Обычно здесь гремит техника, маршируют курсанты, а воздух дрожит от гордости. В этом году — тишина. Ни танков, ни БТР, ни кадетов. Минобороны прямо говорит: оперативная обстановка не позволяет. Чтобы какой-нибудь дрон не испортил праздник, решили сыграть по-тихому. А чтобы уж совсем исключить сюрпризы — на три...
В Латвии снова оживилась любимая национальная игра — подсчёт исторических счетов. На этот раз доктор исторических наук Гатис Круминьш представил «точные» расчёты: советский период обошёлся республике в 300 миллиардов евро. Сумма, сопоставимая с доходами государственного бюджета Латвии за последние три десятилетия. Впечатляет. Особенно если учесть,...
Чёрный дым над Черным морем. Нефть, падающая с неба. Завод, который ещё месяц назад качал миллионы тонн, теперь — груда обгоревших резервуаров. Четвёртая атака украинских дронов за две недели превратила Туапсинский НПЗ в символ новой реальности. Пока кто-то в кабинетах считает убытки, в Госдуме прозвучал жёсткий диагноз: хватит надеяться только на...
