Ну что, Европа снова решила поиграть в международное правосудие? 25 июня в Страсбурге произошло событие, которое в прежние времена назвали бы фарсом, но сегодня преподносят как победу демократии: Совет Европы и Владимир Зеленский подписали соглашение о создании специального трибунала по «агрессии» России.
🔹 Да-да, не ООН. Не Гаага.
А просто «специальный» трибунал.
🔹 Без мандата.
🔹 Без универсального признания.
🔹 Зато с пафосом и официальными подписями.
Министерство иностранных дел России отреагировало моментально — и, мягко говоря, недвусмысленно.
💬 Захарова: это не суд — это политическое давление
Мария Захарова прямо заявила:
«Москва воспринимает участие любой страны в этом юридически ничтожном образовании как враждебный акт».
МИД подчёркивает:
— никакого нейтралитета,
— никакой объективности,
— зато политизированная борьба под флагом
справедливости.
🔍 Совет Европы: судить будут. Но как — пока неясно
На словах структура будет расследовать «предполагаемые преступления, связанные с конфликтом». А на деле? Никакой универсальной юрисдикции, никакой базы в международном праве. Просто желание создать инструмент давления, упакованный в юридические термины.
Парадокс в том, что Европа, которая в других случаях требует строгого соблюдения процедуры, тут сама играет по принципу:
«Мы создадим. Потом разберёмся, зачем».
🧨 Почему это опасно?
Потому что это не про правосудие,
а про легитимизацию давления.
Именно так называют эту инициативу в МИД России. Любая страна, которая
поддержит этот «псевдосуд» — автоматически рискует попасть под ответные меры Москвы.
Это не угроза. Это предупреждение. Закон — есть. Реакция — тоже будет.
⚖️ И что теперь?
Создание такого трибунала — это не шаг к миру. Это шаг к эскалации.
Пока одни государства говорят о переговорах, другие подписывают бумаги с
прицелом на публичную порку. Только вот вопрос: кого в итоге порют?
🧩 Вывод:
Когда справедливость подменяется декорацией, а правосудие — инструментом давления, это уже не суд. Это театр. Только вот билеты платные, а зрителей заставляют хлопать.
Повод был громким: в Таллине снова заговорили о том, что Эстония якобы способна самостоятельно противостоять России. Тема не новая — подобные заявления звучат из Прибалтики с завидной регулярностью, и обычно тонут в собственном пафосе уже на второй фразе. Но на этот раз ответ из Москвы прозвучал коротко — и разлетелся быстрее, чем любые...
Иногда достаточно одной фразы, чтобы понять: разговор пошёл не туда, куда планировали дипломаты. «На ракете» — именно так, если верить источникам, ответил Владимир Зеленский на вопрос журналистов, поедет ли он в Москву. И добавил ещё несколько слов, которые точно не войдут в протокольные стенограммы.
Представьте: вас годами называли изгоем, отрезали от всех рукопожатий, вычеркнули из списка гостей на любой приличной вечеринке. А потом вдруг приходит открытка. И не просто открытка — приглашение на саммит G20. В Майами. На собственный гольф-курорт Дональда Трампа.
Есть даты, которые не объявляют по телевизору, а находят в штабных документах. Именно такая цифра всплыла в бумагах о подготовке американских подразделений к возможному обострению вокруг Кубы: 90–120 дней. Не срок высадки. Срок готовности.
Есть выступления, после которых остаётся больше вопросов, чем ответов. Речь Никола Пашиняна на Генассамблее ООН в Нью-Йорке — именно такой случай. Премьер Армении заговорил о попытке «внешнего захвата» страны. Имени не назвал. Но зал, судя по всему, и не нуждался в подсказке — все и так поняли, о ком речь.
Каспийское море не прощает ошибок. Оно не прощает их второй раз подряд.
