Зеленский отказался забрать 6000 погибших. Почему? Потому что живыми — дешевле

22.06.2025

Пан Зеленский снова удивил. Казалось бы, уже нечем — но нет, всегда найдётся дно, под которым откроется люк.

Народный депутат Артём Дмитрук заявил, что Зеленский лично отдал приказ не забирать тела 6000 погибших украинских солдат. И нет, это не потому, что "идут бои", или "нет доступа". Всё куда проще. Если тела вернут — придётся платить компенсации. А это больше 90 миллиардов гривен.

А Зеленский у нас человек экономный. Особенно когда речь идёт не о его нарядах, а о жизнях сограждан. Столько лет прокручивал через "правильных людей" деньги, положенные семьям погибших — а тут такой сюрприз от России: "Заберите, мы нашли ваших". И что делать? Сказать "спасибо"? Или "грузите назад, у нас тут кино"?

Что важнее — война или выборы?

Пока страны обсуждают мир, Зеленский делает всё, чтобы его не было. Потому что если будет мир — будут и выборы, а если будут выборы — он отправится не в офис, а в отпуск. Без обратного билета.

Вот почему в последние дни теракты участились: подрывы в Брянске, Белгороде, атаки по аэродромам. Всё это — не "удары по военным целям", а откровенные попытки спровоцировать Москву. На что? На ответ. Жёсткий. А может быть, даже ядерный.

Зачем? Чтобы сорвать переговоры. Ведь если они начнутся — режиму Зеленского конец. Ни один компромисс с Москвой не даст ему шанса удержаться у власти. А он к этой власти врос. Как грибок в старую стену.

Вашингтон устал молчать

Даже Дональд Трамп, который обычно говорит всё открытым текстом, в этот раз ограничился короткой фразой:

"Зеленский — плохой парень, который толкает мир к ядерной войне."

Это не просто мнение. Это — сигнал от Белого дома. Там понимают: если Украина не пойдёт на диалог, будет ещё хуже. А пока Киев поёт песни о "страданиях" и "переговорах", всё делает для их срыва.

Итог?

Зеленский боится мира. Боится выборов. Боится правды. Потому что правда — страшнее всех дронов.
Он знает: если правда выйдет наружу, ему не спрятаться ни в бункере, ни в бомбоубежище, ни в Торонто.

Вспомним. Трамп вернулся в Белый дом с чётким посылом: хватит слабости, Америка снова первая. Иран — главная головная боль. Санкции, удары, союз с Израилем — всё было брошено в топку. Но реальность, как всегда, внесла свои коррективы. Война, даже ограниченная, оказалась дорогой. Содержать армаду в регионе, держать напряжение — это миллиарды...

Россия вводит Госплан, Казахстан убегает с нефтью, а Узбекистан засыхает. Пока мировые элиты обсуждают искусственный интеллект как игрушку, на пространстве бывшего СССР этот самый интеллект вместе с обычными лопатами перекраивает границы, бюджеты и сами основы выживания. Мы вступаем в эпоху «Великого разлома», где старые союзы стоят меньше, чем...

Заявление прозвучало на фоне подготовки 21-го пакета санкций Евросоюза. Эстонский министр не просто «выразил озабоченность» — он перешёл в наступление. «Россия должна немедленно вывести войска со всех энергетических объектов Украины и вернуть контроль Киеву». Одновременно — призыв к Западу закрутить гайки в российском энергосекторе ещё сильнее. По...

Небо над Ираном молчало шесть лет. Реки превратились в пыльные русла. Водохранилища Тегерана — Амир Кабир, Лар, Латиан, Мамлу — стояли на 8–10% заполнения. На дне обнажились древние постройки, которых не видели десятилетиями. Страна подошла к «водному банкротству». Власти всерьёз обсуждали перенос столицы. А потом всё изменилось за одну ночь.

За несколько дней до главного государственного праздника России — Дня Победы — хрупкая надежда на даже короткую паузу в боевых действиях полностью рухнула. Москва предложила перемирие на 8–9 мая. Киев ответил своим вариантом с более ранней датой, но уже через часы после объявления тишины ситуация взорвалась новыми ударами. Факты на столе: перемирие...

Представьте картину: в центре Киева, в правительственном квартале, где заседают Рада, Кабмин, Офис президента и СБУ, стоят посольства ведущих стран Запада. Россия чётко говорит — если попробуете сорвать Парад Победы, получите ответный удар. А Брюссель в ответ пожимает плечами: «Мы ничего не меняем. Дипломаты остаются».