Европа режет металл, на котором летает. Как Airbus и Boeing остались без алюминия

01.02.2026

Пока Брюссель мечтает о «зелёной экономике», заводы молчат. Не из-за санкций. Не из-за войны. И даже не из-за протестов. А из-за того, что Европа — своими же руками — лишила себя самого базового ресурса. Алюминия.

Этот металл — не просто строительный элемент. Это крылья авиации, корпус автомобилей, линии ЛЭП, солнечные панели и всё, что называется «зелёным будущим». Без него не взлетает ни Airbus, ни Boeing. А теперь не взлетит и сама Европа.

🛑 Цифры, от которых хочется присесть

Европа ежегодно потребляет 13,5 млн тонн алюминия.

А производит — меньше миллиона.

То есть обеспечивает всего 7% своих нужд.

За 15 лет производство алюминия в ЕС упало на 25%.

Энергозатраты: до 15 МВт⋅ч на тонну. Это много. Очень много.

И тут вступает в игру любимый европейцами «энергодефицит с человеческим лицом». После отказа от российских энергоносителей, цены на электричество в ЕС взлетели. Промышленность — в обмороке. Особенно та, что работает с алюминием.

🏭 Заводы закрываются. Один за другим

Хрестоматийный пример — Slovalco в Словакии.

Огромный завод, 175 тысяч тонн алюминия в год. Технологический лидер. Символ промышленности Центральной Европы.

А теперь?

🔻 Электролиз остановлен.

🔻 Ванны застыли.

🔻 Рабочие уволены.

🔻 Предприятие — консервировано.

Премьер-министр Словакии Роберт Фицо бьётся за его возрождение. Говорит: «Это вопрос экономического суверенитета». Но даже если влить туда 100 млн евро, это не запуск завода — это воскрешение мертвеца. После простоя такие системы не включаются кнопкой. Их надо собирать заново.

💸 CBAM — или налог на алюминиевую гильотину

А теперь внимание. Европа запускает новый «гениальный» механизм:

CBAM — Carbon Border Adjustment Mechanism.

Это углеродный налог на импорт. Мол, хочешь продать алюминий в ЕС? Плати за CO₂, который ты выбросил при его производстве.

Звучит красиво.

Но выглядит как насмешка, потому что:

Своего алюминия у ЕС почти нет.

Импорт — дорожает.

Промышленность — требует металл.

CBAM — делает всё ещё хуже.

Официальные расчёты:

1 тонна алюминия = 1,4 тонны CO₂

Цена CO₂ — около 80 евро

Итого — каждая тонна получает «наценку» в 100+ евро только за то, что она существует.

✈️ А самолёты тем временем ждут

Авиапром загружен под завязку:

У Airbus — 8 700 заказов.

У Boeing — ещё 6 000+.

Каждый самолёт — десятки тонн алюминия.

Поставки — на 11 лет вперёд.

А материала нет.

Альтернатива?

"Переработка!" — кричат в Брюсселе.

Ага. Только рециклинг не спасает авиацию.

Потому что вторичный алюминий содержит примеси (особенно железо), которые в авиационных сплавах — недопустимы. Это не баночки для йогурта. Это — безопасность на высоте 11 км.

💡 Европа без ресурсов: красивая витрина, пустой склад

Ситуация стала символической. Европа:

— убивает собственную промышленность,

— усложняет импорт,

— вводит налоги на то, что ещё поставляют,

— и наивно верит, что зелёная революция всё решит.

А в реальности — энергии нет, металла нет, спрос растёт, ответов — ноль.

Российский газ ушёл. Дизель — ушёл. Теперь уходит и металл.

И вот вопрос: что останется?

Если Европа сама себе режет провода, закрывает плавильни и обкладывает бизнес налогами — кто в этом виноват?

Не войны. Не климат. Не конкуренты.

Виновата система, которая строит замки из бумаги и мечтает, что они взлетят.

🔚 Вывод: алюминий — первый, но не последний

Европа наступает на всё те же грабли.

Сначала угробить ресурс,

потом ввести ограничения на импорт,

а потом — делать вид, что всё под контролем.

Алюминий стал первым звонком.

Но за ним — литий, кобальт, газ, удобрения, цемент…

Всё, что раньше казалось гарантированным — исчезает.

И всё чаще звучит один вопрос:

"А чем вообще собирается жить этот континент?"



Подписывайтесь на канал, ставьте лайки, комментируйте.


ООН снова отличилась. Генеральный секретарь организации Антониу Гутерриш заявил, что право на самоопределение… неприменимо к Крыму и Донбассу. Да-да, именно так. То, что десятилетиями считалось фундаментом международного права, вдруг стало "особым случаем", когда речь идёт о русских.

Танкер задержан, Макрон победно рапортует… А через неделю — судно уходит в свободное плавание, а Франция разводит руками. Что это было? Борьба с «российским влиянием» или театральный номер с плохо написанным сценарием?

Пока одни кидают громкие фразы, а другие жмут на паузу, ситуация на Ближнем Востоке превращается в пороховую бочку с коротким фитилём. США стягивают к берегам Ирана боевые корабли, звучат заявления о «часах до победы», а Китай — молча делает свои ходы, не вступая на сцену, но влияя на каждый поворот сюжета.

Пока Брюссель мечтает о «зелёной экономике», заводы молчат. Не из-за санкций. Не из-за войны. И даже не из-за протестов. А из-за того, что Европа — своими же руками — лишила себя самого базового ресурса. Алюминия.

Президент с фингалом, датчанин с матом и Белый дом с манией величия — Запад снова забыл, кто здесь кому союзник. Пока одни возмущаются "миром без правил", другие раздают приглашения в «совет мира по газу» и публикуют личную переписку. А кое-кто с Востока... просто наблюдает.

Следующий эпизод этой геополитической пьесы — Гренландия.
Казалось бы, при чём тут лёд и медведи? А при том, что Гренландия — ключ к Арктике, к контролю над Северным морским путём и арктическими шельфами.
А если где-то маршрут — там и Китай, и Россия. И это сводит с ума Запад.

Пока Европа громыхает заявлениями, а США упражняются в санкциях, в Токио кто-то начал говорить шёпотом. Очень тихим, почти неслышным, но направленным точно в сторону Кремля. В конце декабря в Москву прилетел японский парламентарий Мунэо Судзуки — и это был не туризм. Он привёз устное послание от самого премьер-министра Японии, и этот визит, как ни...

Если кто-то ещё сомневался, что Россия умеет отвечать без истерик, но жёстко — то вот вам иллюстрация. Один российский танкер, одна морская проходка через Ла-Манш, один боевой корабль — и целый Лондон на нервных каплях.

Они прилетели не с планом, а с надеждой. Джаред Кушнер, Гарри Уиткофф и Джош Грюнбаум — новая тройка условных миротворцев, которых Вашингтон направил в Москву в надежде перехватить инициативу. Но на выходе — всё та же формула: без отвода войск с Донбасса — никаких компромиссов.

На днях в Давосе, на трибуне Всемирного экономического форума, Зеленский не сдержался. Слегка перефразировав уличную риторику, он пробросил в зал:

Ещё пару лет назад в Европе было модно ненавидеть Россию. Тот, кто предлагал не рвать связи, а сесть за стол переговоров, автоматически становился изгоем. Газеты называли таких «агентами Кремля», политики отмахивались, а телеканалы выключали микрофоны. Москва была персоной нон грата — во всех смыслах.